Главная Благолента Щедрость и прижимистость Гаврилы Солодовникова

Щедрость и прижимистость Гаврилы Солодовникова

Импульс добра

Одним из самых неординарных благотворителей в истории Российского государства стал купец Гаврила Гаврилович Солодовников. Вышедший из среды бедных коммерсантов, он довольно быстро разбогател, так же стремительно став “героем” московских анекдотов за свою прижимистость. Над ним не потешался разве что ленивый, однако предприимчивый купец сумел заткнуть за пояс каждого насмешника, едва только душеприказчики огласили завещание почившего в 1901 году Солодовникова. Такого исхода Первопрестольная не могла и предположить…

Бедность и скупость

Герой настоящего повествования родился в подмосковном Серпухове, в семье обедневшего купца третьей гильдии Гаврилы Петровича Солодовникова. Разбогатеть, торгуя мелочевкой, ему не удалось - родители с трудом могли прокормить пятерых детей, и Гаврила, вместо учебы, все свое время проводил в родительских лавках. Работы было очень много. Мальчик подметал полы, разносил товар клиентам, был у отца на побегушках.

Жизненные уроки, полученные в раннем детстве и юности, определили склад ума будущего миллионера. Впоследствии он самостоятельно добился успеха в коммерческих делах и того же хотел для своих сыновей.

Получив после смерти отца небольшое наследство, Гаврила ушел в Москву. Он понимал, что большой город может открыть для него большие возможности. Так и получилось. Богател он стремительно. К двадцати годам стал купцом первой гильдии, еще через десяток лет - получил звание потомственного почетного гражданина, а в неполные 40 вышел в солидные миллионеры.

Вместе с большими барышами Солодовников приобрел и недобрую славу. Чего стоит история покупки им пассажа на Кузнецком мосту. Выведав у своего приятеля-коммерсанта подробности готовящейся сделки по продаже означенного здания, Гаврила Гаврилович перекупил пассаж у хозяина, приплатив сверх требуемой суммы еще полмиллиона рублей.

Дурная слава была верной спутницей Солодовникова всю его долгую жизнь. Скупость, жадность, подлость, презрение к обслуге и плюшкинская экономия на самом себе - вот какие качества ассоциировались у москвичей с фигурой мультимиллионера. Тем удивительнее были его дела милосердия, никак не ожидавшиеся от подобного скряги, который ежедневно питался вчерашней кашей из-за ее дешевизны.

О его скупости по городу ходили легенды. Дома он носил штопаную одежду, экономил практически на всем и вел образ жизни, достойный последнего городского бедняка - являясь, при этом, без преувеличения, богатейшим жителем златоглавой.

Была у миллионера мечта о собственном театре. Со временем он решил воплотить и ее, но архитектор, зная о прижимистости Солодовникова, подготовил очень “бедный” проект двухэтажного здания. Купец был до крайности возмущен, поскольку не желал скупиться на дело искусства. Новый проект предполагал постройку шикарного театра высотой в шесть этажей. Готовящееся здание наперебой пиарили газеты - ожидалось нечто грандиозное. Солодовников успел нанять труппу и талантливого антрепренера, но построенный театр отказалась допускать к эксплуатации государственная комиссия. Чиновники нашли огромный список неудобств и недоделок, и помпезное здание еще год простаивало. К тому времени нанятый антрепренер разорился, но Гаврилу Гавриловича это нимало не беспокоило. Он нашел другого человека на его место, и спустя месяцы заведение открыло двери для публики. Здание театра (в отличие от пассажа, разрушенного немецким снарядом в 1941) существует и по сей день. Сейчас это Московский академический театр оперетты.

Широкие жесты

Гаврила Солодовников был одним из первых, кто профинансировал постройку нового здания консерватории на Большой Никитской. И сумму выделил немалую - 200 тысяч рублей. Эти средства пошли на мраморную лестницу. Рассказывают, что при закладке консерватории купец бросил в цемент двести серебряных рублей, что при известной скупости Солодовникова кажется невероятным.

История еще одного большого пожертвования Солодовникова основана на его не самой блестящей репутации. К преклонным годам он был “любимым” героем московских анекдотов. Высмеивалось все - нежелание Гаврилы Гавриловича расстаться с лишней копейкой, его халат в заплатках и то, как он выезжал на своем экипаже, где резиной была обита лишь задняя колесная ось - кучеру мягкая поездка не полагалась. Обслуживающий персонал, к слову, в отличие от прочих москвичей, не столько смеялся над скрягой-миллионером, сколько открыто его ненавидел. Слугам не перепадало от богача Солодовникова щедрых чаевых - порой они вообще вынуждены были обслуживать его почти бесплатно.

Многие считали, что купец был равнодушен к насмешкам, но это не так. Несколько раз хотел он подать на открыто высмеивавших его обидчиков в суд, но это было невозможно - купечество, несмотря на свое возвышение в 19 веке, как социальный слой, было лишено дворянских привилегий, а значит, и судиться за оскорбление чести и достоинства Солодовников не мог. Гигантские средства Гаврилы Гавриловича могли решить проблему. Для этого он обратился к городским властям с предложением подарить Москве какое-либо социальное или медицинское учреждение (такие серьезные пожертвования, как правило, награждались присвоением благотворителю дворянского звания). Но купца снова ждала насмешка. Чиновники заявили, что город ни в чем так не нуждается, как в венерической больнице. С гневом отверг Солодовников это предложение. И все-таки желание стать дворянином пересилило. После троекратных попыток предложить городу иную помощь, купец все-таки взялся за строительство означенного заведения. Лечебница, открывшая свои двери в марте 1895, была оборудована по последнему слову тогдашних науки и техники, и Солодовникову оставалось только просить, чтобы медицинскому учреждению не присваивалось его имя. Венерическая больница, принесшая миллионеру долгожданное дворянство, сохранилась до наших дней и действует при Первом медицинском институте.

Но и этим не ограничивал свою благотворительную деятельность Солодовников. Он окормлял многие социальные учреждения столицы. Так, на его попечении находился Варваринский сиротский приют.

Неслыханная щедрость

Гаврила Солодовников умел удивлять. Его жадность контрастировала с огромным богатством. Люди не могли понять, как можно быть таким скупым, имея за душой миллионы - ведь и положение, и финансы позволяли жить на широкую ногу.

Но по-настоящему шокировать столицу странному меценату удалось после смерти. А ведь еще при жизни купец любил говаривать: “Вот помру, тогда увидите, каков был Гаврила Гаврилович”.

Своим близким и родным Солодовников завещал чуть более восьмисот тысяч рублей - весьма внушительную по тем временам сумму. Больше всего досталось старшему сыну Петру, на которого и возлагались основные надежды миллионера; меньше всего - отцовское белье - младшему, Андрею, в наказание за то, что предпочел коммерции военное дело. Не обделил он и прочих родственников. Все остальные средства Гаврила Гаврилович пожелал пустить на благие дела.

Состояние покойного купца оценили в космические 20 миллионов 948 тысяч (в разных источниках эти цифры незначительно отличаются). То есть, свыше двадцати миллионов предполагалось направить на благотворительность. Такой щедрости столица еще не знала. Каждая не самым достойным образом сэкономленная копейка нашла свое применение. Справедливости ради, и солодовниковское богатство превышало состояние знаменитых Морозовых и Третьяковых, вместе взятых.

На треть этой беспрецедентной суммы купец завещал учредить училища в северных русских губерниях. Еще одну треть Гаврила Гаврилович пожертвовал родному Серпухову. В завещании он приказал построить на эти деньги профессиональные училища и приют для “безродных детей”. И, наконец, остатки этого состояния, согласно воле покойного, предполагалось направить на строительство дешевого жилья для бедного люда. Солодовников отдельно настаивал на возведении этих домов, так как их жильцами должен был стать рабочий класс, заслуживающий, по мнению миллионера, справедливого воздаяния за труды.

Вместо эпилога

Личность Гаврилы Гавриловича Солодовникова и по сей день вызывает недоумения. Из ничего сколотивший баснословное богатство, он поражал своей скупостью и экономностью. При этом купец не особенно церемонился с людьми, как с обслугой, так и с представителями своего сословия. Вопросы чести и честности не стояли у него на первом месте там, где можно было извлечь свою выгоду.

И этот человек, ненавидимый и презираемый всей Москвой, щедро жертвовал на содержание и строительство целого ряда социальных, медицинских и культурных учреждений. Не поддается счету количество людей, которых облагодетельствовал Гаврила Гаврилович при жизни и после кончины. Так кто же он - юродствующий праведник или же скряга, решивший искупить вину своим завещанием? Ответить на этот вопрос каждый может самостоятельно. Факт остается фактом - человек с не самой блестящей репутацией сумел принести много пользы нуждающимся людям. И в этом его главное наследие.

Оставить пожелание